Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

Здравствуйте!

Приветствуя вас, смею предположить, что мы с вами относимся к новому поколению граждан России, в крови которых гордость за великую историю, сила нашей веры, боль этих смутных времен.

В этом блоге вы сможете найти два направления моей деятельности:
Первое - научные исследования, создающие теоретическую базу для положительных изменений в экономике и социальной сфере.
Второе - экономическая публицистика, целью которой является простое и понятное объяснение своих взглядов на происходящее, предложение вариантов решения насущных социально-экономических проблем.

Считаю, что если есть что сказать, нужно говорить, а кто окажется прав - покажет "Время".

Collapse )

Не в дугу, ребята

Познавательный материалец о советской ценовой лихорадке 1968-1969 годов. С цифрами, фамилиями, регионами. Читается с интересом, хоть и слегка по диагонали.

Картину испортил последний абзац: «Однако за прошедшие с тех пор годы многое забылось. И новые «государевы прибыльщики» даже не подозревают, к каким последствиям может привести ползучее повышение цен». Неправильно поддуваете, господа.

Во-первых, тогда было директивное ценообразование, сейчас рыночное, хоть и под госконтролем. Так что «ползучего» повышения цен, навеянного хрущевским перекосом в сторону всевозможного общепита, тем более, заводского сегодня быть не может. Питание на многих предприятиях нынче бесплатное (льготное) для работников.

Во-вторых, в те годы назначить крайнего, скорее всего, фронтовика было трудновато. Это сейчас соловьевы за неделю слепят из Христа Иуду, а тогда нужно было линчевать, на секундочку, победителя фашизма.

В-третьих, до спасительного дождя нефтедолларов, начавшегося в 1973-м, в 1969 году оставалось целых четыре года, а сейчас даже без гибели иранского генерала казна ломится от нефтяных сверхдоходов (и вскоре будет ломиться еще больше). Так что и кредит можно выделить, и через квазигосударственную торговлю ценовой накал сбить.

В-четвертых, и в главных. На каком оборудовании тогда работали заводы? Либо не трофейном, либо на дореволюционном, либо на том немногом, что обновили после войны. А сейчас? Около 75% обрабатывающих мощностей введены после 2000 года, в том числе, 100% мощностей в сфере аппаратуры для телевидения и связи; 97% в деревообработке; 95% в пищевых, текстильных, швейных производствах; 84% в производстве резиновых и пластмассовых изделий; 72% в автопроме. По итогам 2018 г. средний возраст машин и оборудования обрабатывающей промышленности составлял чуть более 12 лет. Условия другие, зарплаты, производительность, наконец. Да и потребительский выбор огромен.

Так что не в дугу, ребята.
https://www.kommersant.ru/doc/3875994

СССР - страна возможностей. Как и Россия

Приятно, когда твои скромные усилия не проходят бесследно. На протяжении долгого времени ваш покорный слуга топил за олимпиаду «Я – профессионал», входящую в линейку проектов «Россия – страна возможностей». И вот позавчера стало известно, что за первые часы приема заявок желание поучаствовать в новом раунде выразили более 16,5 тыс. человек.

Много это или мало? На конкретную дату много, на круг – пока мало. На участие в первой олимпиаде (2017) поступило 295 тыс. заявок по 27 направлениям. Дипломантами тогда стали 2030 человек, они получили денежные премии, льготы при поступлении в магистратуру и аспирантуру ведущих вузов, возможность пройти стажировку в крупнейших компаниях страны. Во второй олимпиаде (2018) число заявок превысило полмиллиона, дипломантами стали около 3,5 тыс. человек, а 106 конкурсантов получили золотые медали.

В далеком уже 1986 году, проректор родного Московского института управления (ныне – ГУУ им. С. Орджоникидзе) предупреждал нас, первокурсников, от шапкозакидательских настроений. Мол, не стоит надеяться, что после окончания института все тут же станут директорами заводов и руководителями министерств. Институт, как и платформа «Россия – страна возможностей», даст необходимый задел для дальнейшего личностного, карьерного и имущественного роста, а как распорядиться полученными ресурсами, зависит от каждого.

Сейчас можно сказать то же самое. Участники и победители получат более выгодную позицию для старта, а уж как участник преодолеет жизненную дистанцию, будет зависеть от усидчивости, коммуникабельности, компетенций, интуиции. Последнюю можно заменить настойчивостью: стремиться воспользоваться не только окном, калиткой или дверью возможностей, но даже маленькой щелочкой. Просветом, который другие не заметят.

Чтоб потом, когда слот исчезнет, не было мучительно больно.

Севастополь - город особый

Как говаривали в школьные времена, ЧТД (что и требовалось доказать). Разведка донесла, что 1 октября глава Севастополя Михаил Развожаев презентовал новый подход (на самом деле, единственно возможный) разработки концепции благоустройства городских территорий – при непосредственном участии горожан и после общественных презентаций. Первое такое представление Развожаев провел лично: проект касался реконструкции главной улицы Севастополя – Большой Морской (кто не был – рекомендую хотя бы посмотреть фотки).

Большая Морская для Севастополя особая улица. Основанная в 1786 году, она несколько раз меняла название, в 1921-1946 годах даже носила имя Карда Маркса, после чего вновь была переименована (уникальный для СССР случай). Во время Великой Отечественной войны была практически полностью разрушена и восстанавливалась первой. Те здания «сталинской» архитектуры, построенные из белого инкерманского камня, возведены по индивидуальным проектам.

…На двухчасовом обсуждении помимо жителей были проектировщики и эксперты. При проектировании учли часть ранее высказанных замечаний, в частности, решили воссоздать исторический облик фасадов (никакой урбанины), восстановить старинные элементы уличных фонарей (галогенкам все равно, в каком обличье гореть), сохранить прежние лавочки-диваны (хай-тек снова делегировали москвичам), оставить три полосы для автомобилей (ни больше, ни меньше), а также (москвичи, внимание!) отказаться от велодорожек. В последнем случае климат и ландшафт вроде бы шепчут, а вот поди ж ты.

На реконструкцию Большой Морской из федерального бюджета выделено целых 2 млрд рублей, что по московским меркам тьфу. Фишка в том, что 70% средств пойдет не на плитку или подсветку, а на строительство и замену коммуникаций. Как сказал на слушаниях врио главы города, «поменяем канализацию, чтобы потом не разрывать все, чтобы починить прохудившиеся старые трубы. Уберем провода с домов, все коммуникации будут под землей».

О чем все это говорит? О том, что в регионах появляется все больше руководителей, готовых работать не на свой карман и сундуки приближенных, а на историю, на то, чтобы люди о них даже через десятилетия отзывались добрым словом. Пока не всем территориям повезло, но товарищ, верь!

 Дмитрий Менделеев - великий русский гражданин

Не помню писал об этом или нет, в крайнем случае, повторюсь: 2019 год объявлен Генеральной ассамблеей ООН Международным годом периодической таблицы химических элементов, поскольку в этом году 150 лет открытию Дмитрием Менделеевым периодического закона химических элементов. ТАСС летом писал, что «проведение Международного года периодической таблицы химических элементов имеет особое значение для России, так как будет способствовать международному признанию заслуг русского ученого, а также укреплению престижа и популяризации отечественной науки».

Ну супер, однако об этом в конце, а пока нативная радость. В рамках празднования Года периодической таблицы Международный союз теоретической и прикладной химии (IUPAC) и Международная сеть молодых химиков (IYCN) составили список 118 выдающихся молодых ученых в форме периодической таблицы молодых химиков. В нее вошли пятеро наших.

На позиции 44-го химического элемента – ректор РХТУ им. Менделеева Александр Мажуга. На 90-й позиции – Андрей Воротынцев из Нижегородского технического университета им. Алексеева. На 101 месте – Анна Романчук из МГУ им. Ломоносова. На 114-м – молодой ученый из Петербургского института ядерной физики им. Константинова национального исследовательского центра «Курчатовский институт» Леонид Скрипников. Наконец, на 115-й – Галина Княжева из ОИЯИ. Наши им поздравления.

Собственно, что хотел сказать. Известно, что Менделеев до конца жизни крайне нуждался и даже обращался к царю (мало результативно). Но речь даже не об этом. Едва ли не большее значение для России XIX – начала ХХ веков имел разработанный им протекционистский Общий таможенный тариф 1891 года, одно из главных слагаемых, наряду со стабильным рублем, российского экономического прорыва Александра III. Вот что Менделеев писал по поводу протекционизма: «Промышленно-торговую политику страны нельзя правильно понимать, если разуметь под нею только одни таможенные пошлины. Протекционизм подразумевает не их только, а всю совокупность мероприятий государства, благоприятствующих промыслам и торговле и к ним приноравливаемых, от школ до внешней политики, от дороги до банков, от законоположений до всемирных выставок, от бороньбы земли до скорости перевозки. И в этом смысле нет и быть не может государственной «практики», чуждой протекционизма. Он обязателен и составляет общую формулу, в которой таможенные пошлины только малая часть целого». Это к вопросу текущего прорыва, которого мы никак не дождемся.

Видимо, очень многим во власти по-прежнему удобно считать Менделеева лишь великим русским химиком и на этом ставить точку в биографии великого во всех смыслах гражданина России.

Год памяти и славы

Президент постановил в целях сохранения исторической памяти и в ознаменование 75-летия Победы в Великой Отечественной войне провести в 2020 году Год памяти и славы.

Я очень надеюсь, что следующий год не ограничится проведением торжественных мероприятий, слетов, линеек, встреч, это все присутствует в нашей жизни и без специального Года памяти. Не менее важно создание полноценной исторической энциклопедии Великой Отечественной войны 1941-1945 годов, рассмотрение роли народов и конфессий Советского Союза в нашей общей Победе, героического труда работников тыла.

Нынешняя молодежь воспринимает ту войну как нечто схожее с разгромом поляков в 1612 году или с Отечественной войной 1812 года. Ничего удивительного – таково свойство человеческой памяти. Нужно донести до ребят значение Великой Отечественной с помощью современных средств коммуникаций – сетей, роликов, бесплатных электронных книг.

Ветеранов все меньше, поэтому следует окончательно решить их жилищные и бытовые проблемы, решить так, чтобы больше не возвращаться к теме. Есть еще одно существенное обстоятельство: среди нас много детей войны, тех, кто в суровые годы переносил все тяготы и лишения наравне со взрослыми. О них также нужно вспомнить и создать соответствующие условия для спокойной старости.

Архивы. Когда-то Даниил Гранин и Алесь Адамович написали со слов блокадников свою «Блокадную книгу», труд, при составлении которой отказались откровенничать многие руководители СССР того периода, например, один из организаторов обороны Ленинграда будущий предсовмина Союза Алексей Косыгин. Вполне вероятно, что при рассекречивании архивов Министерства обороны его (и не только его) позиция стала понятней.

Наконец, огромное значение имело бы рассмотрение особенностей нашего менталитета, более чем тысячелетняя история становления которого начинается еще с довладимировых времен. Это самое сложное из всех предложений, менталитетом нации у нас никто не занимается, однако именно и только он способен вытащить Россию из нынешних проблем и неурядиц.

Видите, сколько тем вырисовывается из короткого президентского Указа. Уверен, что вы добавите.

Росстат имени Сталина

Пока федеральные чиновники «советуют» регионалам, как собрать побольше денег в территориальные бюджеты, кое-где все еще думают о людях. И не только думают, но и материально помогают встать на ноги.

Например, Карелия. Численность безработных в республике колеблется в пределах 26 тыс. человек и имеет тенденцию к снижению. Тем не менее, с начала года благодаря республиканской программе бюджетную субсидию на открытие своего дела получили почти 350 безработных, среди них – люди с ограниченными возможностями по здоровью.
Кто-то скажет, что 350 человек – это менее 1,5% от общего числа безработных, мол, капля в море. Но, во-первых, не все имеют внутреннюю мотивацию к предпринимательству. А во-вторых, если проецировать на всю страну, где по итогам сентября констатировалось более 3,5 млн. безработных, свое дело вместе с государственной помощью могли бы открыть 47 тыс. человек. В итоге социальный климат стал бы чуточку, но лучше.

И напоследок. Готовя реплику, заглянул в свежий выпуск «Социально-экономического положения России» за январь-сентябрь 2018 г. Удивительное дело: сборник начинается с производства товаров и услуг, цифр по ВВП и индекса производительности труда. Как когда-то в СССР, где люди были винтиками, крутившимися с целью доказательства превосходства социалистической модели над капиталистической. В позднем СССР люди стали главнее, но как оказалось, ненадолго.

Дорогой Росстат, к чему лукавить, переназовите свои бюллетени с «Социально-экономическое», на «Экономико-социальное положение России». У нас же «социальное государство», не правда ли?

Этот День России!

С Днем России! (Шовинизма пост).

Вообще-то 12 июня – не День независимости России, а День принятия Декларации о государственном суверенитете РСФСР (1990). Хотя лично я не имел бы ничего против, если сегодняшний праздник назывался День независимости России.

Точнее, День русской национальной идентичности.

Независимость от кого, от чего? – тут же воскликнут недалекие острословы. Вы, господа, очевидно, плохо знакомы с русской историей. Вернее, историю знаете, но то ли в формате политизированного норманизма, то ли в транскрипции проукраинских доброхотов.

Напомню, что в эпоху Петра I приглашенные немецкие затоки исторической науки с усердием принялись исполнять заказ на преподнесение России как части цивилизованной, культурной Европы, не забывая уточнять, что русская нация изначально была неспособна обрести собственную государственность. Настолько неспособна, что пришлось звать варягов (На самом деле, Рюрик был внуком новгородского воеводы Гостомысла). Позднее резко против норманнского подхода рьяно выступал Михайло Ломоносов, но к тому времени немецкие объективисты уже подготовили достойных продолжателей своего гнусного дела. А вы, простите, хаваете.

Привилегированный статус Украины в Российской империи отразился и на исторической науке: все больше и больше историков вели летоисчисление нашего государства с Киевской Руси, а за обладание Киевом русские князья, якобы, сражались не жалея живота своего (в жизни было куда проще: захватывали, разграбляли, оставляли наместника и уходили восвояси). Больше того, монголы потому и уничтожили Киев вместе с жителями, что город к тому времени населяли не русичи, а преимущественно... половцы.

На протяжении многих веков Россия кормила все новые и новые присоединяемые территории, причем, кормила не столько ресурсами, сколько людьми, их пассионарностью (дань Льву Гумилеву) и интеллектом. Апогея такая практика достигла во времена СССР, когда Россию выдаивали сначала этнический грузин (после Великой Отечественной благодаривший за свое спасение не советский, но русский народ), а потом выходцы из той самой Украины. Посмотрите, в каком месте сейчас бывшие союзные республики?

А Россия развивается.

Полезные ископаемые, парируете вы. Ну-да, ну-да. Столетие назад никто не знал ни о какой фондовой капитализации, а Россия кормила зерном всю Европу. В 1990 году о капитализации уже слыхали, но Россия продолжала поставлять Европе уже не хлеб, но нефть с газом. Безусловно, сегодня стоимость высокотехнологичных компаний оценивается куда выше, чем корпорации российских сырьевиков, но возникает вопрос, кто в той же Европе нынче правит бал: нефтяники с газовиками или Apple с Google? Конечно, важны и те, и другие, но это ведь вы сопоставляете их капитализацию, а не я.

Не поймите превратно: я ни в коей мере не призываю к сохранению сырьевой зависимости российской экономики, больше того, я лучше вашего знаю, что нам мешает интегрально развиваться и как это нужно делать. Но разговор сегодня не об этом, а о празднике. Празднике русской нации, русской государственности, всех, кто придерживается русского социокультурного кода, неважно, какой эти люди национальности и какого вероисповедания.

Мы – не Европа и не Азия, мы – своя, особенная цивилизация, остров Россия, как говорил о нашей стране Вадим Цымбурский. Мы в самом начале слома государственнического мировоззрения, осознания подлинного величия и мощи своей страны. И 12 июня – наш национальный праздник, с чем я вас и поздравляю.

За Россию, за нашу многострадальную Родину!

"Открытие" краудфандинга по-русски

Не про «Открытие», но про краудфандинг пост.

Что есть «Открытка»? Во многом, если не во всём – типичный пример ВИП-краудфандинга. По сути, собрались толстосумы, скинулись, сговорились с «крышей» и получилась финкорпорация. Кто эти люди? Беляев, Аганбегян-мл., Алекперов, Федун, Несис, Гудайтис, Добринов, Паринов, Мамут, etc. (Эти прочие «ВИП-etc.» только за два предшествующих месяца забрали из проекта более 139 млрд. рублей). Последние, так сказать, «романтики» свободного рынка с характерным российским акцентом.

Отличительной особенностью русского краудфандинга (в простонародии – шапка по кругу) всегда было наличие некоей морали, этики (устар.) в последующих действиях реципиентов. Мол, ответственность за чужие деньги, стремление оправдать доверие и все такое.

Но так было раньше. Ныне уничтоженная, в том числе теми же перечисленными персонажами нравственная составляющая русского бизнес-поведения, не оставляет донорам ни единого шанса на деловую порядочность исполнителей.

Что, собственно, мы и наблюдаем. Ошибки в «Открытке» совершались, как правило, намеренно (в коммерции у любого промаха есть имя, отчество и фамилия). «Траст», «Росгосстрах», несколько дочерних банков и НПФ – все это следствия, причина же заключалась в безобразно сшитой стратегии, плане действий, который доноры, не желая вдаваться в подробности, когда-то поддержали. В конце концов, не им же заниматься реализацией, да и надежда на чужие компетенции, как известно, умирает последней.

Печаль с «Открыткой» – это, так сказать, «высшая лига». На земле циничность, аморальность часто трансформируется в тривиальный «кидок».

То непримиримый борец с «кровавым режымом» Саша Сотник разведёт лошков на поддержку своей безнадёжной схватки с властью, а потом вставит на собранный кэш новые зубы и снова инициирует сбор бабла.

То культовый любимец школоты Лёша Навальный объявит сбор средств на президентскую кампанию, зная, что её не будет в принципе (больше того, она ему не нужна), а после отправится в релаксационные вояжи на заграничные курорты, попутно картинно негодуэ, когда его, «звязду», снимают без разрешения.

То Стасик Белковский стрясет с таинственных спонсоров несколько миллионов долларов деньжат под оппозиционный прожект и тут же, практически не отходя от кассы, доверчиво просрет их в компании с такими же как он пройдохами.

Заграница нам, как известно не указ, но тамошний народ почестнее нашего будет. Так, известен недавний случай, когда некий молодой человек объявил сбор средств на новый телевизор, с порога заявив, что никакого cash out не будет. Пипл впечатлился такой откровенностью и за день(!) накидал бедолаге 50 тыс. долларов. В итоге проныра и телек приобрел, и нехило прибарахлился, и лицо сохранил.

Есть ли у проблемы современного российского краудфандингого мошенничества решение? Вот в чём вопрос.

Свод понятийных уложений (старообрядчество)

Не ищите старообрядческих предпринимательских образцов для подражания в современном российском бизнесе – их, к сожалению, нет

Экономические достижения старообрядцев общеизвестны: фамилии наиболее известных старообрядческих предпринимателей говорят сами за себя – Рябушинские, Мамонтовы, Морозовы, Третьяковы, Гучковы, Кузнецовы, Коноваловы… Но прежде чем приоткрыть секреты их взлётов и неудач, развеем несколько заблуждений, незамысловато объясняющих успешность «ревнителей старой веры».

Историко-экономическое осмысление феномена русского старообрядчества чаще всего ведётся по двум линиям – либо через этическое приравнивание старообрядцев к европейским протестантам, либо путём причисления староверов к так называемым гонимым группам. Оба подхода грешат изъянами. Во-первых, при отождествлении старообрядцев с протестантами упускается из виду, что в XVI веке на Западе пробивала дорогу общественная религиозная Реформация, тогда как в XVII веке Раскол на Руси породила контрреформация, в которой старообрядцы выступили приверженцами и хранителями прежних мировоззренческих порядков. Во-вторых, в продолжение сопоставления старообрядчества и протестантизма, на Руси протесты носили преимущественно пассивный внутристрановый характер, тогда как в Европе – активный надгосударственный. Случаи вооружённого противостояния сторон во времена Раскола были единичными, самый известный – Соловецкое сидение.

В-третьих, оба подхода оказываются неверными при сопоставлении современного состояния мировозренчески конфликтных, а также «гонимых» социальных страт (например, успешная католическая Бельгия и рутинная протестантская Шотландия, прорывной «гонимый» Израиль и обыденная «гонимая» Армения). В-четвёртых, налицо искусственное сужение тематики социального конфликта до одной из авраамических религий, игнорирование генезиса мировоззренческих и хозяйственных проблем приверженцев иных духовных воззрений. Так, долгое время Китай существовал на задворках развитого мира, тогда как этнически идентичные Гонконг, Тайвань, Сингапур бурно развивались. И, в-пятых, в исследованиях, как правило, не упоминается несовпадение мотивации конфликтующих сторон (протестантский европейский утилитаризм против средневековой русской духовности); не учитываются противоположные подходы к правам на производственные активы (у старообрядцев собственность преимущественно коллективная, общинная, у протестантов – строго частная).

ЗАРОЖДЕНИЕ ПО ПОНЯТИЯМ

Одно из первых общежительств старообрядцев на реке Выг образовалось в 1694 году в глуши непроходимых лесов. В первое время ни о каком расширенном воспроизводстве не могло быть и речи – на кону стояло физическое выживание

беглецов. Но, переселяясь, старообрядцы не изобретали новый хозяйственный уклад, наоборот, и это чрезвычайно важно, «староверчество крепило и консервировало уже давно и хорошо знакомые обычаи и традиции, поддерживало и охраняло привычные формы жизни и ведения хозяйства, и оттого было близко и понятно духу крестьянства». Трудовые усилия выговцев быстро принесли плоды: уже к концу XVII века в глухих лесах были распаханы значительные земельные площади, построены мельницы, заведены огороды, разведён скот, развивались рукоделие и ремесленничество. К 1730-м годам выговцы могли похвастаться кирпичным, кожевенным, лесопильным производством, пристанью Пигматка на Онежском озере, собственными деревянными судами, развитой торговлей зерном, рыбой, мехами, маслом, причём не только с близлежащими Архангельском и Рыбинском, но и с Москвой, Нижним Новгородом, Петербургом.

Экономическая автаркия Выга и других старообрядческих поселений снова не была чем-то необычным: средневековые крестьянские общины и монастыри считали самообеспечение чем-то само собой разумеющимся. Разделение труда практиковалось, но не столько в отношениях с внешним миром, сколько внутри сообществ. Русские до сих пор интуитивно недопонимают, как можно жить в зависимости от внешних поставщиков, особенно по базовым потребительским позициям.

В ту эпоху торговля и ремесленничество находились под зорким оком государства, во многих случаях власть сама была предпринимателем (вот где основы тяги чиновничества к коммерции). Как отмечал Иосиф Кулишер, «финансовый момент даже приводил к сосредоточению в руках казны не только важнейших отраслей торговли, но и всевозможных промыслов и занятий – торговые бани, право писать бумаги («писчая площадка»), право устройства мельниц, воскобоен, перевозов, всё это, не говоря уже о кабаках и таможнях, составляло монополию казны и сдавалось на откуп. На откупе даже были продажа кваса, сусла, конопляного масла, право торговли в развес мылом (мыльного резанья), сеном (сенной трухой), дёгтем, хмелем, продажа золы, ворваньего сала (жира морских животных. – Авт.), свечей сальных, угля, смолы, рогож, съестных припасов (харчей), лаптей, хомутов».

Вряд ли кто-то может представить себе ситуацию, когда, к примеру, гонимые властью выговские старообрядцы пожаловали к абстрактному откупщику с просьбой дать разрешение на торговлю или на занятие ремеслом. Напротив, старообрядческая коммерция часто велась под вымышленными именами, полулегально и обязательно скреплялась рекомендациями, ручательствами. Не здесь ли корни широко распространённой в современной России привычки записывать активы на номинальных владельцев, оформлять инвестиции и собственность на зарубежные (офшорные) компании? Конфликт государства и общества – хорошо, части общества, – в одночасье не рассеивается, особенно когда он уже диффузионно проник во все клетки русского социального организма. За два с половиной века Раскола старообрядческие сообщества привыкли руководствоваться собственными понятийными уложениями. В этом их сходство как с секретными службами, так и с организованной преступностью.

В старообрядческих общежительствах создавались школы писарей, певцов и иконописцев, что объяснялось не только потребностью в просвещении будущих поколений, но и желанием сохранить мировоззренческие традиции предков. Позднее эта самодеятельная форма образования привела к появлению движения начётчиков («русской мужичьей аристократии», по выражению Владимира Рябушинского), готовившихся для полемических состязаний с адептами официальной веры. Как видно, надежд на скорое разрешение русского мировоззренческого конфликта у старообрядцев не было.

В условиях перманентной конфронтации с властью и отрицания официальных правовых норм старообрядцы волей-неволей разработали свой, приемлемый для членов сообщества эрзац легальной правовой системы – свод понятийных уложений, часто идущий вразрез с официальными нормами. Например, в уставе Выговского общежительства говорилось о нестяжании, в силу которого всякий поступающий в общежительство должен был отдать своё имущество в общую пользу. Принимая это условие, члены согласия, по сути, добровольно отказывались от имущественных прав в отношении как нажитых, так и будущих активов. К тому же завещания в пользу старообрядческих общин в России были массовым явлением.

Русские за века просто привыкли жить не только в перманентном противостоянии с государством или по параллельным понятийным уложениям (не зря же субститут блатных представлений о чести, долге или нормах поведения по-прежнему в чести даже у тех, кто никогда с уголовным миром не сталкивался), но и в системе координат мобилизационного хозяйствования.

Русские люди за века привыкли жить не только в перманентном противостоянии с государством и по параллельным понятийным уложениям, но и в системе координат мобилизационного хозяйствования


ЕСТЬ ЦЕЛЬ – НАЙДЁТСЯ И ОБЩАК

На какие средства ковались старообрядческие хозяйственные успехи? В современных исследованиях закрепилась подслеповатая точка зрения, будто основным источником стартовых старообрядческих капиталов «как правило, являлась торговля хлебом, лесом, мясом, продовольственными и мануфактурными товарами». Так оно в общем и целом и было, но только «в общем и целом». Специальная и художественная литература пестрит свидетельствами совсем иного рода: стартовые капиталы формировались далеко не всегда законными способами, например фальшивомонетничеством.

Скажем, старообрядческие Гуслицы (местность к востоку от Москвы, населённая преимущественно раскольниками; ныне территории Ногинского, Егорьевского, Раменского, Орехово-Зуевского районов Московской области, а также прилегающих районов Владимирской области) запомнилась наблюдателям XVIII–XIX веков «доморощенными станками для фальшивых ассигнаций и с вырастающими с помощью их бумагопрядильнями…». Тот же Максим Горький нет-нет да упоминал неблаговидное происхождение капиталов старообрядцев, и это не только изготовление фальшивых денег, но и совершение других преступлений (разбоев, краж, грабежей). Кстати, позднее легитимность тех деяний была подхвачена различными политическими экстремистскими группировками.

Вырученные средства шли на поддержание и развитие старообрядческих сообществ и поступали в общий котёл, говоря по-современному, общак, общинную кассу. Функции общаков были обширными, и это не только народный кредит, то есть беспроцентное, беззалоговое и даже невозвратное кредитование (субсидирование) новых проектов. Общаки выступали финансовой скрепой, материальным связующим звеном между членами общины, своеобразным страховым фондом для всех её участников.

Деньги из общаков выделялись при наступлении в жизни кого-нибудь из старообрядцев неблагоприятных событий: непреднамеренных убытков, пожара, смерти родственников. Средства предоставлялись для приобретения необходимого общине как производственного, так и недвижимого имущества. Наконец, общие фонды расходовались на незаконные в глазах государства, но опять же легитимные в глазах старообрядцев действия, например подкуп чиновников.

Важное обстоятельство, косвенно способствовавшее укоренению в русском менталитете (отнюдь не только старообрядческом) «общакового» финансового института. Первые банки появились в России лишь в 1769 году. Вновь образованные кредитные учреждения имели государственный статус, к тому же кредитовали исключительно дворянство. Негосударственные, точнее, «квазигосударственные» банки появились в России только в 1860-х: первым таким учреждением в 1862 году стало Санкт-Петербургское общество взаимного кредита, а первым полноценным акционерным банком – Санкт-Петербургский частный коммерческий банк, устав которого Александр II утвердил 28 июля 1864 года лично.

Теперь сравним: первый банк в мире – BancodiSanGiorgio – был основан в Генуе в 1407 году, а самый старый банк, работающий по сей день, – MontedeiPaschidiSiena – в Сиене в 1472 году. Причём спецификой второго банка было развитие ремесленничества и торговли через выдачу небольших кредитов за умеренную плату. Так что выбора, где хранить сбережения, а тем более кредитоваться, у старообрядцев не было. Как, впрочем, и у других «неблагородных», но веропослушных слоёв русского социума – средства на новые предприятия брались из общинных хранилищ, занимались у родственников и знакомых, добывались другими способами.

Недостатка желающих помочь не было – древнерусский краудфандинг под названием «шапка по кругу» позволял собрать нужные средства достаточно споро. Удивительно, почему в нынешних условиях предприниматели игнорируют этот испытанный временем механизм привлечения капиталов. Тем более когда под рукой горизонтальные сетевые сообщества, а современные банки, как и прежде, заинтересованы в сотрудничестве, в первую очередь с «элитой» – компаниями, располагающими бюджетным финансированием или гарантированным сбытом.

Средства общаков вкладывались не только в новые предприятия. Большое значение общие кассы приобрели после отмены крепостного права и появившейся у крестьян возможности выкупа земель. Так, за первые десять лет функционирования специально созданного в 1882 году для подобных операций Крестьянского поземельного банка размеры земельных наделов, приобретённых с его помощью, в среднем увеличивались на 0,12% в год. Однако крестьянское землевладение, благодаря общаковому капиталу, ежегодно возрастало темпами в 2,5 раза быстрее.

«ТЕКСТИЛЬНЫЕ» СТАРООБРЯДЦЫ

Успеху старообрядцев способствовало несколько институциональных обстоятельств.

Во-первых, это мобилизационная парадигма, вросшая на почве долговременного мировоззренческого конфликта с властью. С устранением этого фактора, с выходом 17 апреля 1905 года на волне Первой русской революции Указа Николая II«Об укреплении начал веротерпимости», исчезла и актуальность мобилизации как таковой. Во-вторых, это закрытость старообрядческих бизнес-сообществ, действовавших в системе внутренних понятийных уложений. Деловые контакты с коммерсантами синодального вероисповедания, как правило, не поддерживались, замещаясь адресным поиском контрагентов на базе взаимного доверия как внутри сообществ, так и между ними.

В-третьих, это неразвитость национальной финансовой системы. Первые ростки капитализма в России позволяли при относительно незначительных вложениях долго обходиться собственными общинными капиталами без привлечения внешнего – будь то государственное, банковское или иностранное – финансирования.

Первую скрипку в организации мануфактурных производств в XVIII–XIX веках играли как раз старообрядческие общины, обеспечивавшие предпринимателей не только финансовыми услугами и «проверенными» трудовыми ресурсами, но также «нормативным» сопровождением их бизнеса. В 1859 году на 206 шерстяных фабриках Московской губернии, подавляющее число которых принадлежало старообрядцам, производилось различных изделий на общую сумму более 15,5 млн рублей, что в пять раз превосходило объём аналогичной продукции, произведённой в Симбирской губернии, второй по развитию шерстяной промышленности России. А по данным экономиста Данилы Раскова, в 1867 году доля общей выработки старообрядческих фабрик Центрального промышленного района достигала 43,8% от общероссийской.

Вряд ли «текстильные» старообрядцы смогли бы выдвинуться на ведущие роли без «помощи», точнее, протекционистской недальновидности государства. «Поддержка» кратко описана в «Экономических провалах» – книге, вышедшей за подписью поморского беспоповца Василия Кокорева: «Со времени образования бумагопрядилен до 1878 г. не было никакого тарифа на хлопок в сырце, и Россия в течение этого времени заплатила за этот материал Америке, по крайней мере, миллиард рублей, нарядив всех в ситцевые одежды и уничтожив огромную отрасль промышленности».

Та политика нанесла экономике страны тройной урон: отрасль, насущной потребности в появлении и опережающем развитии которой не было, мало того что возникла, так ещё стала зависимой от иностранного сырья (собственного промышленного хлопководства у России тогда не было); традиционное льняное производство было фактически уничтожено; казна недосчиталась миллионных таможенных сборов.

ПОЗАБЫТЫЕ НРАВСТВЕННЫЕ НАЧАЛА

В конце XIX века конфессиональная монополизация, «стандартизация» правомочий собственности, контакты и контракты по принципу «свой-чужой», нерелевантная общепринятой правоприменительная практика, характерные для старообрядческого предпринимательства, постепенно, но неуклонно сдавали свои позиции. Как справедливо отметил тот же экономист Расков, «старообрядческий тип организации был более органичен для традиционного капитализма, который строился на репутации, личных отношениях, семейных и корпоративных связях. Современный капитализм, с его безличным типом отношений уже был чужд ревнителям буквы и старины».

В капиталоёмких отраслях, получавших всё большее развитие по мере становления машиностроительной промышленности, добычи и переработки полезных ископаемых, развития железнодорожного и другого инфраструктурного строительства, «взросления» финансовой сферы, расширения внешнеторговой деятельности, на первый план выходили совсем другие факторы бизнес-успеха: синергия усилий партнёров (акционеров), интенсификация сотрудничества с иностранными компаниями и банками, постоянное взаимодействие с органами государственной власти. Старообрядцы пали жертвами русской промышленной революции, закрепления в национальном хозяйстве принципов рыночной экономики, когда прибыль уже не была гарантированной.

И пусть следы старообрядцев можно обнаружить во многих капиталоёмких областях экономики – например, те же Рябушинские владели банками, входили в число акционеров нефтяных промыслов «Товарищества братьев Нобель», основали Кучинскую лабораторию (впоследствии – ЦАГИ), пытались начать строительство первого автозавода АМО (будущий ЗИЛ), – однако новых коммерческих высот ревнители старой веры так и не достигли.

Больше того, постоянные неудачи в спорах с прогрессивными петербургскими столичными бизнес-объединениями подтолкнули старообрядцев к тесному, в первую очередь финансовому сотрудничеству с экстремистскими революционно-террористическими группировками. А после известных потрясений 1917 года от старообрядцев в русской жизни остались разве что немногочисленные конфессиональные страты и привнесённые в русский этос (душевный склад) специфические ментальные черты.

Не ищите старообрядческих предпринимательских образцов в современном российском бизнесе – их нет. В то же время стоит государству затронуть спящие ныне народные ментальные струны, как страна с удивлением обнаружит в себе и позабытые нравственные начала, и почти утраченное ныне трудолюбие, и здоровую потребительскую умеренность, но главное – конструктивный, а не показной патриотизм, истинную заботу об Отечестве, в Раскол не позволившую сторонам конфликта раздробить страну на части.

Фантастическая работоспособность; аккуратность в делах и в быту; непримиримость и одновременно парадоксальная способность идти на компромиссы; непременное наличие нравственного аспекта в коммерции; осторожность и постоянная готовность к любым противоправным действиям со стороны внешних сил; консерватизм, неприятие какой бы то ни было реформации и модернизации; привычка решать проблемы с помощью коррупционных практик; идеализм и решимость отдать жизнь за веру и Родину, дарованную свыше, – вот отличительные и противоречивые черты старообрядческого менталитета, воспитанного столетиями Раскола.